Основной налог должен платить собственник, а не предприятие: юрист о том, как бороться с выводом капитала за рубеж
И почему борьба с офшорами в России сейчас никак не влияет на крупный бизнес, но идёт во вред небольшим компаниям.
Минфин обсуждает возможность повысить налог на вывод прибыли за рубеж с 20% до 25-30%, чтобы средства крупного бизнеса оседали в России.
При этом в 2020 году власти разрешили российским собственникам зарубежных компаний платить 5 млн рублей налогов в год без дополнительной отчётности вместо налога на прибыль.
Управляющий партнёр юридической фирмы «Дювернуа Лигал» Егор Носков объяснил, почему в России от деофшоризации страдают только небольшие компании и как проблему может решить налоговое наследство.
В офшорах остались только корпорации, собственники которых могут не отчитываться о своей прибыли
Закат офшорного мира для российских компаний начался в марте 2013 года, когда кипрские банки перестали обслуживать российский бизнес. С тех пор число активных офшорных компаний с российскими собственниками сократилось по меньшей мере в четыре-пять раз.
Процесс завершился в 2019-м, когда власти отозвали лицензии у крупнейших банков Латвии, куда переместилась основная масса российских операционных счетов с Кипра.
В результате 90% офшорных компаний с оборотом до $1 млн в год сейчас не могут открыть операционный счёт: банки боятся санкций от Европы и США и не верят в законное происхождение российских капиталов.
Если раньше счета для офшорных компаний создавались массово, то теперь их могут себе позволить в основном крупнейшие экспортёры сырья. В подавляющем большинстве случаев офшор без счёта — бесполезен.
Сейчас потребителями офшорных услуг в России остаются собственники очень крупного бизнеса. Они пользуются трастами и компаниями, зарегистрированными в низконалоговых юрисдикциях. По сути их компании — это инвестиционные и накопительные счета в крупнейших банках.
Собственники крупнейшего бизнеса предпочитают не быть налоговыми резидентами России и на законных основаниях скрывать от налоговых органов размер своих активов за рубежом.
Осенью 2020 года в качестве меры поддержки в период пандемии коронавируса президент подписал закон о фиксированном налоге в 5 млн рублей с каждой офшорной компании.
В России законодатель не разграничивает офшорные компании с оборотом $100 тысяч и $10 млрд в год. У малого бизнеса, который использует зарубежные компании, прибыль может быть меньше 5 млн рублей.
А для собственников крупнейших бизнесов — это символическая пошлина, благодаря которой можно скрыть миллиардные прибыли. Таких послаблений нет ни в одной развитой стране мира.
Почему в мире налогами облагают физлиц, а в России — частный бизнес
Практически все высшие чиновники в России — долларовые мультимиллионеры, которые желают без потерь передать заработанное «непосильным трудом» своим детям.
Конечно, они не заинтересованы в дополнительном налогообложении своей собственности, но такого «налогового либерализма» нет ни в одной развитой стране мира.
Например, в Великобритании ставка налога на наследство, стоимость которого превышает £325 тысяч — 40%. А наследники главы Samsung заплатили Южной Корее больше половины стоимости его активов — $8,7 млрд. Но наши законодатели инициативу введения налога на наследство с высокой имущественной планкой вообще не рассматривали.
В большинстве развитых стран приоритет системы налогообложения — взимание налогов с физических лиц — конечных получателей доходов. В то время как российским приоритетом было и остаётся взимание налогов с частного бизнеса.
Система работает по принципу «бесконечно доить корову», чтобы она поменьше ела и побольше давала молока. По этой причине количество частных бизнесов сокращается, а чиновников — растёт.